Красноярские выборы (первый тур) – впервые это было интересно


Выборы в красноярском крае стало общим местом считать образцом социологического замера электоральных предпочтений в федеральном масштабе. Социологи давно заметили, что тенденции характерные для избирателей этого края удивительно точно совпадают с общероссийскими показателями. Что мы увидели на этот раз?


Партии

КПРФ. В выборах адекватно проявили себя две федеральные партии. Лучше и организованней всех -- КПРФ, выдвинувшая своим кандидатом беспартийного С.Глазьева, члена фракции КПРФ. К этому мы еще вернемся более подробно. По крайней мере, сразу бросается в глаза прекрасная дисциплина и адекватность работы КПРФ на этих выборах. Для компартии они были прекрасной возможностью обкатать стратегию для грядущих думских выборов. Здесь ставка была сделана на дополнительный патриотический электорат (выдвижение на первый план НПСР), на мобилизацию нетрадиционных для КПРФ избирателей – смутно левых и патриотов, с попыткой захода в молодежную сферу. При отсутствии серьезных средств и полном игнорировании конвенциональных пиар-технологий КПРФ добилась колоссального успеха, проведя кандидата Глазьева – совершенного чуждого в крае, отличающемся повышенной неприязнью к «москвичам» - на третье место. КПРФ доказала свою серьезность, способность к мобилизации и определенной консолидации.
КПРФ в определенном смысле выиграла эти выборы.

СПС. Поддержала Хлопонина. Была запущена «новость» о его вступлении в СПС. Так как Хлопонин представляет «Норильский Никель», а соответственно, Интеррос, а соответственно Потанина, а соответственно Чубайса, то это не явилось сенсацией. При этом Хлопонин особенно партийность не акцентировал, делая ставку на программу модернизации края. Здесь пиар был активным и эффективным. Сама партийность, однако, заметной роли не сыграла, но – что показательно – не помешала кандидату, несмотря на то, что СПС в крае никакой заметной поддержкой не пользуется. Опыт Хлопонина показал, что привлекательный имидж кандидата, грамотный пиар и прагматичная программа способны компенсировать нулевой или даже отрицательный индекс, связанный с СПС. Хлопонин от поддержки СПС не пострадал, а СПС со своей стороны выиграл.

Единая Россия. Эта партия для партии власти повела себя крайне неадекватно. Фактически, поддержав сразу трех кандидатов – Усса, Хлопонина и Пимашкова – она самоустранилась от выборов. Для тех, кто претендует на весомую сокрушительную победу на предстоящих думских выборах и выражение политической воли Президента, это было явно показателем слабости. «Единая Россия» проиграла и региональным политическим образованиям в лице Усса и Пимашкова, и СПС, и КПРФ. В таких показательных выборах как Красноярский край, этого делать было нельзя.

Региональные политические объединения (блок Наши). Эта сила проявила себя активно, но менее успешно, чем ожидалось. Выход во второй тур дался Уссу, лидеру блоку «Наши», построившему предвыборную компании на критике «москвичей» и «олигархов», а также на уничтожающем давлении на Пимашкова, популистского мэра Красноярска, с большим трудом. Быковский ресурс оказался довольно скромным, что серьезно контрастирует с его потенциалом эпохи выборов Лебедя. В целом политический регионализм показал свою силу, но и свою ограниченность. Он остается мощным фактором, но при этом выяснилось, что в определенных случаях он не является решающим.


Типология кандидатов Типология кандидатов очень любопытна. Их классификация по партийному признаку настолько очевидна, что не представляет особого интереса. Важнее другое – четыре первых места распределись симметрично между четырьмя кандидатами с очень профильными типажами. Это Усс, Хлопонин, Глазьев, Пимашков.

Их легко можно разделить на две почти равные (по количеству голосов) части: с одной стороны, Пимашков и Усс, с другой -- Хлопонин – Глазьев.

Усс и Пимашков – регионалы, сторонники статус кво, люди «прежнего созыва», популисты. Их предвыборная компания была эмоциональна, агрессивна, невразумительна, с активным использованием черного пиара и административного ресурса. Они по сути ничего рассудочного избирателям не предлагали. Их речи отличались почти черномырдинским косноязычием и напряженной эмоциональной бессмысленностью. Фактор «наши»-«чужие» был столь часто и навязчиво использован, что к концу предвыборной борьбы первого тура воспринимался как мычание. За приличные деньги на них работали заезжие пиар-группы, использовавшие конвенциональные методы – сливы, клоны, поддельные газеты и т.д. Ситуация, правда, была усугублена тем, что они значительную часть этой довольно сходной энергии растратили на борьбу друг с другом. Усс в этой борьбе победил, но с большими потерями. На этом фоне крайне успешно и выигрышно смотрелась вторая пара – «приезжие».

Хлопонин и Глазьев – во всем антиподы Пимашкову и Уссу. Они – предлагали универсальные программы, рациональный выбор, они представляли молодое поколение, федеральных политиков. Они выдвигали «образ будущего» и каждый свою «модель перемен». Их программы были внятными и продуманными, не сверстанными на скорую руку. Хлопонин использовал пиар изящно и тщательно, Глазьев вообще обошелся без пиара, действуя на основании опыта в полевых условиях. Кстати, его пример доказывает, что в случае осмысленного кандидата, способного к рациональным умозаключениям, предвыборный опыт оказывается намного эффективнее искусственного пиара. Хлопонин и Глазьев основывали свои позиции на «образе будущего», на «проекте» -- один (Хлопонин) на «правом» с социальным уклоном, другой (Глазьев) на левом – с государственно-патриотическим уклоном. В обоих случаях это оказалось весьма успешным ходом по контрасту к чисто пиарной популистской эклектике «регионалов». При этом в компании и у Хлопонина и у Глазьева было относительно мало наездов на конкурентов и черного пиара. И это обстоятельство сыграло также только на них.

В целом же группировка четырех лидеров выборной компании показала: сторонников линии региональной, эмоционально-популистской, бессодержательной, основанной на сохранении статус-кво, одним словом «старой» среди избирателей приблизительно столько же, сколько и сторонников линии универсальной, рациональной, проективной, реформаторской, содержательной - одним словом «новой».

Любопытно также, что идеологическая оппозиция Хлопонина-Глазьева была менее очевидной и значимой, нежели их типологическая и отчасти стилистическая близость.

Этот типологический анализ показывает в частности, что электорат делится приблизительно на три части. Половина (чуть меньше) реагирует на нерациональные, чисто инерциальные и сублиминальные послания «старых». Четверть принимает грамотно предложенный и рационально обоснованный «правый» (или «право-центристский») проект, а другая четверть – «левый» (или «лево-центристский») «новых».

Эти показатели «социологически» радуют, так как это может быть очень оптимистичным признаком выхода населения из состояния утробной демократии к демократии разумной и осмысленной.


Закат российского пиара

Интересная особенность: монстры российского пиара на данных выборах проявили себя ярко, но со стороны тех сил, которые выступили ниже ожиданий. Они были эффективны, грубы, агрессивны, но сложилось впечатление, что привычные оглушающие своим цинизмом и отношением к избирателям как к стаду орангутангов приемы начинают давать сбой. Еще рано говорить, что народ сыт полит-технологиями. Но уже намечаются радостные тенденции их избирательного использования (Хлопонин) и обхождения вовсе без них, причем с серьезными успехами (Глазьев).

Показательно, что экстремисты российского пиара в этот раз окопались вокруг Усса и Пимашкова, т.е. «старых», тогда как «новые» полагались в большей степени на иные факторы. Конечно, рейтинг Хлопонина был взвинчен при использовании довольно искусственных методик, но самое главное формат его фигуры вполне соответствовал подаче, а несдержанная агрессия Усса и его пиарщиков только оттеняла корректность «олигарха». Хлопонин разумно не стал отказываться от звания «олигарха» (в отличие от кривившего душой Усса, содержащегося за счет Быкова и Дерипаски), но предложил себя как «народного олигарха», «олигарха» с социальной ответственностью и «человеческим лицом». Если это и был пиар-ход, то в самой персоне Хлопонина это находило явный резонанс, отчего все выглядело вполне естественно.

«Народный олигарх» может, в конце концов, обойтись и без пиара, пиар необходим как воздух лишь антинародным олигархам. Проекты и программы Хлопонина и Глазьева в значительной степени были осью их электоральной стратегии. И в красноярской истории выбров это оказалось, быть может, впервые действенным фактором.

Чем программа, проект отличается от пиаровского эрзаца? Различие это довольно тонко. Истинный проект есть результат аутентичного идеологического творчества, он обязан быть состоятельным и внутренне непротиворечивым даже в том случае, если он обращен к массам, не способным на нюансы. Действительно, нюансы массы не воспринимают, но определенное интуитивное понимание у них явно присутствует. Пиарщик, политтехнолог – это фигура успешного авантюриста, манипулятора, и все, к чему он прикасается, как под леденящим дыханием арлекина становится субтильно подмененным. Массы не способны определить -- где и в чем подмена, где противоречия, эклектика, откровенная халтура, но они чутко понимают (начинают понимать) что что-то здесь не так.


Феномен Глазьева Социологи и политологи единодушно считают Сергея Глазьева главным героем выборов. Это «геройство» имеет конкретное цифровое выражение. Вместо прогнозируемых 10-11 чисто коммунистических процентов, он – приезжий! – получает 21%. Вопрос: откуда эти 10% и что они значат?

На этот счет есть самые разные мнения. Я выскажу свою гипотезу: это четкий процент «рационального» левого выбора добавленный к «нерациональному» левому выбору. Если бы коммунисты выдвинули в крае конвенциональную фигуру – типа «своего» Романова – они получили бы законные красноярские 10 – юг, село, социальные объекты ВПК, обездоленные, пенсионеры и т.д. Но в случае Глазьева к этому был добавлен новый фактор – тип. Глазьев молодой, рациональный, взвешенный, убедительный политик федерального уровня, не отличающийся ни явными изъянами, ни отрицательной харизмой. И уже одного этого было достаточно, чтобы добавить 10%! Как только коммунистический дискурс приобретает характер вненяемости и рассудочности – вместо затертых ламентаций Зюганова, косноязычного антисемитского шипения или шандыбинской околесицы – это дает колоссальный и быстрый результат.

Это важнейшее послание красноярских выборов: евразийская, лево-национальная идеология, разумная подача даже самой радикальной экономической программы, выстроенной с учетом соблюдения определенных научных норм, молодой и связно изъясняющийся лидер могут качественно и существенно повысить статус российских левых, которые имеют в будущем, двигаясь по этому пути, достичь очень серьезных успехов. Как только КПРФ (или какая-то иная политическая сила сходного идеологического формата) раскупорит удушающую антихаризматическую корпорацию для мало-мальски новых и свежих идей и людей – несмотря на колоссальный дефицит финансовых и властных ресурсов она сможет добиться серьезных переломных успехов.

Даже малой прививки ума, молодости, корректности и рациональности достаточно для весомых – почти решающих электоральных побед.


Фактор Хлопонина

Второй тур красноярских выборов будет продолжать линию первого тура. Оба кандидата будут жадно тянуть к себе глазьевский и пимашковский электорат. Усс бросается к коммунистам, Хлопонин договаривается с Пимашковым, вошедшим с главой краевого парламента в нешуточное противостояние и рискующим сегодня многим. Левому Глазьеву трудно будет – даже если он захочет – поддержать правого Хлопонина, и Уссу как невнятному популисту кажется, что местные коммунисты ему понятнее и ближе. Второй тур никаких идеологических проектов вообще не содержит. Но типологически это новый (правый) Хлопонин против старого (никакого) Усса.

Сейчас трудно сказать, как конкретно распределяться голоса во втором туре. Для Хлопонина было бы жизненно важно внести в свои программы социальную составляющую, обосновав ее логикой: либерализм через государственность (что уже есть) приводит к социальной ответственности. Т.е. к левому через правое (государственность, национальная идея), что было, кстати, и у самого Глазьева (правая государсвтвенность).

Вообще говоря, для Хлопонина фактор «типологии» (а не идеологии) при правильном осмыслении и грамотной подаче может оказаться решающим. Второй тур, однако, покажет, каков этот типологический баланс и как участники решающего столкновения сумеют использовать свои плюсы.

Признаюсь, нынешние красноярские выборы наверное первые российские выборы, которые были мне относительно интересны. И они внушают осторожный оптимизм. Чем быстрее народ освоит методики разумного выбора, тем быстрее придет нормальная ответственная власть.

А.Дугин