Анализ первого тура выборов в Красноярском крае


Я хотел бы обратить ваше внимание на структуризацию на выборах четырех кандидатов, поскольку они мне представляются репрезентативными. Репрезентативными в более широком аспекте, нежели только красноярские выборы. Я предлагаю их сгруппировать следующим образом. Первая пара - Усс и Пимашков, которые представляют собой сходный по параметрам и характеристикам тип.
Во-первых, это – политики региональные, региональные лидеры, которые ставят акцент на разговоры «о необходимости защиты региона» (предполагается, что от «москвичей», «приезжих», «центра», «федералов»).
Во-вторых - их предвыборная кампания была агрессивной в большей степени, чем двух других кандидатов.
В-третьих, их выборная кампания в большей степени была связана с черным пиаром, чем у двух других лидеров.
В четвертых, она была очень эмоциональной, в отличие от других кандидатов.
И Усс и Пимашков представляли собой статус кво, то есть кроме угроз и оскорблений они ничего не предлагали. Они говорили своей компанией: как все есть, так и хорошо, и ничего нового не надо, никакого реального намека на какие бы то ни было изменения (не считая пустой риторики) не было даже близко. Пиар-группы, на которые они опирались, – это пиар недавнего прошлого, пиар ельцинской и начальной путинской эпохи, это был «мэйнстрим» отечественного пиара, до поры до времени он был невероятно эффективным, но начиная с какого-то момента стал давать сбои - не фатальные, но сбои в тренде повышения эффективности. Все ходы и приемы этих пиар-стратегий были конвенциональными, в них не было ничего нового. Они по сути не вытягивали (и не вытянули) ситуацию, но сохраняли статус кво пары лидеров-регионалов, Усса они заморозили, а Пимашкова и вовсе уронили. «Мессидж» обоих регионалов был банален и примитивен.

Теперь о второй паре. Паре, на мой взгляд, победителей - Хлопонин и Глазьев. Как сказали выше мои коллеги, каждый из них победил с колоссальным счетом. Эти победители открылись в совершенно новом качестве. Обратите внимание, что они выступали не от имени Центра - позиция «Единой Росси» распределенная на трех – двоих местных и одного неместного кандидата, действительно, аннигилировала фактор центра, как некий консолидированный вектор влияния. Хлопонин и Глазьев не носители централистского проекта, они носители универсального проекта.
Если мы сопоставим их данные, то эти пары Хлопонин и Глазьев, с одной стороны, Усс и Пимашков, с другой стороны, получили приблизительно одинаковое количество голосов.

Таким образом региональный квази-проект электорального процесса, состоявший по сути в тавтологическом утверждении «мы не они», «мы сами по себе», столкнулся не с «центристским проектом» («федеральный центр всех сильней»), но с «универсальный проектом» («моя программа такова в целом, а для области она звучит так-то и так-то»). Я называю этот проект «универсальным», так как его вполне можно было применить кандидатам и в других регионах, адаптировав к местным условиям, при этом он строится на идеологических, экономических и политических принципах (либеральных у Хлопонина и национал-социалистических у Глазьева).
По прогнозам социологов и расчетам пиарщиков вся ситуация должна была решаться с решающим перевесом регионального фактора – «свои»-«чужие» (как впрочем и обстояло дело на недавних выборах в красноярский парламент). Но оказалось, что универсальный фактор в данном случае оказался в целом сопоставим с местничеством. Это в высшей степени показательно. Заведомо можно сделать вывод: вероятно непопулярность общефедеральных партий связана с их неадекватным представительством на региональном масштабе, а не с заведомой провальностью их идеологий адекватный социалист (с национально-государственным элементом) и адекватный либерал могут исправить ограниченный электоральный имидж партий. Фактор «наши-ненаши» оказался существенным, но не решающим.

Хлопонин и Глазьев представляют собой начало универсальное (в отличие от регионального), рациональное (и тот и другой выдвигали вполне разумные модели развития края, имеющие реалистичную подоплеку), и тот и другой предлагали проект, а не просто сохранение статус-кво. Они говорили, что надо делать, куда надо идти, а не «кто вор», «кто олигарх», « с кем надо бороться». Они обращались к активным ожиданиям населения.

Я подчеркиваю, что здесь мы имеем очевидную симметрию между Хлопониным и Глазьевым. Оба они политики в некотором смысле «новые», в отличие от «старых», они не по возрастным, но по имиджевым параметрам «политики молодые».

Таким образом мы имеем дело с ситуацией: с одной стороны раздвоенный по локальному признаку (Усс-Пимашков), местный, старый, выступающий за сохранение статус-кво кандидат, а с другой, раздвоенный, но уже по идеологическим соображениям, новый (молодой) кандидат с универсальным активным проектом. При общих условиях и отсутствии денег и наличии электората в одном случае и наличии денег, но ограниченности электората в другом случае, они приблизительно с равным успехом победили в этой кампании.

Проективный характер программы со стороны правого кандидата Хлопонина был ожидаемым (СПС ориентировано на общество, которое будет, должно, по мнению СПС, быть), а вот в лице Сергея Юрьевича Глазьева, мы имеем дело с совершенно новым политологическим явлением в нашей жизни, который будет играть в нашей политике в дальнейшем колоссальную, может быть центральную роль.

Если бы КПРФ выдвинула Романова, был бы третий Усс и Пимашков. Большой типологической разницы между ними, по большому счету нет. Их электорат рассеян, пассивен, неинтересен. Глазьев же пробудил дополнительный электорат.

Я считаю, что этот дополнительный электорат – самое интересное, что здесь произошло.

Мы гадаем относительно этих 10% потому, что это сюрприз. Мне кажется, что это электорат совершенно нового поколения, что это первый ответ на попытку мобилизовать активные силы, консолидировать людей под эгидой «образа будущего», но не в либеральном, а альтернативном либеральному, социальном и национальном ключе. Если до этого Зюганов допускал рядом с собой людей с признаками «новизны», они были при этом столь ограничены и антихаризматичны, что эффекта это не давало ни какого (примеры Подберезкина, Семаго и т.д.). Глазьев в Красноярском крае– это первое приближение к тому, что может быть, если появится внятный политический проект альтернативный либеральному. Конечно, традиционный электорат КПРФ был полностью задействован и вполне адекватно и дисциплинировано, но его явно хватало только на пол-Глазьева.

Последнее, что я хочу сказать: предвыборная кампания КПРФ на этот раз была несколько иной. Мои последователи евразийцы принимали на этот раз активное участие в избирательной кампании. Они утверждают, что коммунисты на этот раз пытались, пусть очень отдаленно, сымитировать «Идущих вместе». Это очень дурной пример для подражания, но сама идея, что что-то должно измениться, признанная вождями КПРФ - это очень серьезный показатель. Если КПРФ начнет использовать даже один процент рациональных и адекватных стратегий в социально-политической области, они могут зайти очень далеко. Даже один процент ума и воли в их случае может дать серьезный эффект.

Использование разумного начала в электоральной, шире, политической практике коммунистов – серьезнейшая перспектива и серьезнейший проект, которыми нельзя пренебрегать.

Так что в отношении Глазьева, 10% - только начало. Мы, как политологи и социологи должны это изучить, осмыслить. Это проба сил и приблизительный набросок подобной стратегии может привести к серьезному изменению политологической картины.

Я полагаю, что Глазьев и Хлопонин имеют гораздо больше общего, чем их оппоненты. Их идеологическое противостояние отступает перед единством типа. Опыт типа «Глазьев - Хлопонин» представляется мне действительно интересным. Это – тип, который пришел смещать Усса и Пимашкова. Через годик такой тип проявится в нашей политике еще наиболее отчетливо. Как ни странно, мне кажется, что у Хлопонина и Глазьева одни и те же задачи – осуществить ротацию элит. Между собой они решают вопросы уже на абсолютно другом языке и в других параметрах. Это тоже интересно.

Мне представляется, что в результате выиграет с небольшим перевесом, в результате колоссальных сложностей Хлопонин. Если это произойдет – это будет очень небанальный результат выборов. Хотя ему будет очень сложно, потому что даже если Глазьев и готов передать голоса, и коммунисты крайне отрицательно относятся к Уссу, электорату поддержку либерала олигарха объяснить будет очень трудно. Но даже если в этом направлении что-то будет развиваться, Хлопонину надо эти голоса еще грамотно взять. Как правильно показал господин М.Малютин, либерализм (и СПС) перед вторым туром будет Хлопонину уже совершенно ни к чему, все положительное здесь исчерпано, и Хлопонину надо представить от себя что-то если не левое, то ярко социальное, социал-популистское.

Я прогнозирую при нормальном раскладе победу в очень сложной борьбе Хлопонина. Мы знаем, что Красноярские выборы совпадают со среднестатистическими общефедеральным. И я хочу обратить внимание не столько на идеологию Хлопонина, сколько на типологию пары Хлопонин – Глазьев. Они-то на мой взгляд, являются репрезентативными для дальнейших выборных сценариев.

А.Дугин